Рабочий кабинет. …а голова будет торчать снаружи

Леди и джентльмены, сегодня в нашем рабочем кабинете страшная и ужасная история. 1888 год. На улицах Лондона орудует Потрошитель. Полиция сбивается с ног. Граждане трепещут.
А знаете, кто трепещет больше всех? Тайные агенты — Степан Фаберовский и Артемий Иванович Владимиров (он же Гурин).

Короче говоря, сегодня перед вами отрывок  из книги Светозара Чернова «Барабаны любви, или Подлинная история о Потрошителе».

Книга взрослая, страшная и смешная.
ripper

3 октября, суббота

— Все-таки скажи мне, Степан, что тогда произошло в Гайд-парке? — спросил Артемий Иванович из кресла под пальмой, оглянувшись на миссис Реддифорд, которая прихлебывала за столом кофе из миниатюрной чашечки и заедала его миндальным печеньем.
— Это пан меня спрашивает?! — рассердился Фаберовский. — Я уже второй день не могу добиться от пана Артемия ничего вразумительного!
— Да я не об этом, — кашлянул Владимиров. — Я спрашиваю, не утонула ли наша Пенюшка [Пенелопа, прим. дор. ред.].
— После визита пана в контору я заехал к ней, но мне ответили, что мисс Смит плохо себя чувствует и не может меня принять.
Поляк поднял раму окна и в гостиную ворвался холодный осенний воздух. Артемий Иванович закутался в клетчатый плед и стал похож на старую черепаху в пенсне. Черепаха переползла вместе с креслом поближе к камину и недовольно сказала:
— Вы не боитесь за свою поясницу? Мне кажется, что здесь не так уж сильно… э… — Артемий Иванович опять посмотрел в сторону миссис Реддифорд. — …Не так уж жарко.
— Я вовсе не опасаюсь за свою поясницу, — охотно поведал поляк, с наслаждением подставляя свой нос под свежую струю воздуха. — Я приобрел электропатический пояс Харнесса, специально против радикулита.
— У меня мало веры в эти новомодные французские штучки! — жеманно произнесла миссис Реддифорд, которая и была подлинной причиной действий Фаберовского. — Я предпочитаю испытанное средство. Берете два фунта сенной трухи, кладете в ситцевый мешок и кипятите в кастрюле с двумя галлонами воды полчаса. Затем все это вливаете в ванну и закрываете ее брезентом так, чтобы его края свешивались на 8-10 дюймов. В середине брезента вырезаете отверстие для шеи величиной в квадратный фут и вшиваете по краям резинку. Туда вы засунете свою голову.
— Так я же там задохнусь! — воскликнул Фаберовский.
— О нет! Вы же будете сидеть в ванне, а голова будет торчать снаружи! И не забудьте после ванны принять настойку из корня сарсапарели [слабительное, прим. дор. ред.]. Возьмете три унции корня и две кварты очень хорошего виноградного вина…
— А какое: красное или белое? — заинтересованно спросил Артемий Иванович.
— Это все равно. Только избегайте дешевых вин, в них слишком много танина, а он снижает целебную силу настойки. Настаивать корень следует две недели и каждый день взбалтывать. Вы не смейтесь, мсье Гурин, этим настоем можно лечить даже французскую болезнь!
— По мне так лучше смешать полфунта соли и четверть фунта сухой горчицы с керосином да натираться им, когда в том есть необходимость, — сказал Артемий Иванович. — Или поровну смешать неразбавленной серной кислоты с дегтем…
— Вашими совместными усилиями я превращусь в обезображенный труп. Вроде того, что нашли во вторник на набережной Темзы в подвале строящегося здания нового Скотланд-Ярда, — прервал их словоизлияния Фаберовский.
— Да? А я еще ничего не слышала! — расстроилась миссис Реддифорд. — Я была так занята последнее время! Может быть это тоже жертва Джека Потрошителя?
— Все может быть, — сказал Фаберовский. — Считается, что ее убили шесть недель назад.
— Что за вздор! — возмутился Артемий Иванович. — Шесть недель назад мы еще ничего не…
Фаберовский с грохотом опустил раму.

2 comments

Добавить комментарий